Главная|Контакты|О сайте

Пикардия и Apmya

Оглавление
Пикардия и Apmya
Район интенсивного земледелия
Морское побережье
Города и достопримечательности
Все страницы

 

Пикардия и Apmya

Плывущие по небу облака, богатая тучная земля, прорезанная тихими реками и тронутыми рябью каналами, бескрайние взрыхленные пашни... Это первый, приходящий на память образ Пикардии и Артуа, расположенных недалеко от Парижа на Северо-Европейской равнине. У провинции нет никакой естественной защиты. Со времен средневековья она была дорогой грозных нашествий, театром кровавых сражений в Европе. Эта вдоль и поперек изъезженная, но так мало изученная территория заслуживает лучшей судьбы. Величие пейзажей, бесценное архитектурное наследие, интересные археологические памятники, красота залива Соммы, йодистый ветер, гуляющий вдоль длинных песчаных пляжей, стократно оправдывают приезд в Пикардию.


 

Четыреста тысяч гектаров возделанных земель, восемьдесят три тысячи гектаров пастбищ, пятьдесят тысяч гектаров леса — все это создает впечатление гигантского, засеянного то хлебами, то кормовой или сахарной свеклой пространства, которое тянется от Парижского района до Артуа. Интенсивное земледелие, использование сложной техники — результат традиционного, мудрого отношения к земле, которое было характерно для пикардийцев еще во времена средневековья. Уже в 1701 году интендант короля отметил, что во Франции нет другой провинции, где бы так мало оставалось невозделанных земель.

В болотистых долинах, где когда-то охотились и ловили рыбу, теперь сажают овощи. В окрестностях Амьена можно наблюдать необычный поэтический пейзаж.

Огороды на Сомме в окрестностях Амьена

Остроносые плоскодонки скользят по каналам мимо прямоугольных островов, где в обилии растут овощи, цветы, травы, фруктовые деревья. Нигде нет ничего подобного огородам на Сомме. Созданные поначалу для нужд соседних городков, они постепенно стали играть важнейшую экономическую роль в регионе, способствовали развитию консервной промышленности и расширению зоны торговли до Парижского района.

В этой местности очень рано возникли мелкие предприятия кустарной промышленности. Они оживили и изменили быт многих деревень, приостановили миграцию населения в Париж (а ведь во времена Мольера слуги сплошь и рядом были именно пикардийцами). Но предприятия не нарушили прочного сельского уклада Пикардии.


 

В этой провинции есть и морское побережье, но это уже совсем другой, резко отличающийся от всего района край. Некоторые здешние порты, такие, как, например, Абвиль, играли в эпоху средневековья наряду с Дьепом и Каном важную роль. Засорение песком устья Соммы, расцвет находящегося поблизости Гавра затормозили промышленное развитие Абвиля, и, таким образом, все Опаловое побережье осталось в распоряжении отдыхающих и туристов.

Фото: Опаловое побережье

Здесь немного свежо, но воздух так бодрит, так богат йодом и озоном, что врачи рекомендуют пребывание в Абвиле всем страдающим от анемии и переутомления, а также ослабленным детям. Чистота воздуха такова, что в одном его квадратном кубометре содержится всего четыре бактерии — ничтожно мало по сравнению с девятьюстами тысячами на кубометр в Париже. В 1864 году службы здравоохранения организовали в Берк-Пляж первую лечебницу для детей. Обширные пляжи с мелким песком и сосновый лес, защищающий берег,— идеальное место для детей. Любители дельтапланеризма облюбовали тут высокие дюны. Очень англизированный городок Туке до войны был одним из самых элегантных курортов Франции. Между морем и лесом разбиты площадки для игры в гольф, теннисные корты, есть и дорожки для верховой езды. Регулярная воздушная линия связывает город с Великобританией, и во Франции не найдешь лучшего места, чтобы познакомиться с языком Шекспира: каждый четвертый отдыхающий прибывает с противоположной стороны Ла-Манша.

В районе от Оти до Соммы, где много сосновых лесов, курортная жизнь особенно активно протекает в Фор-Маон и Кан-Пляж; там отдыхающие охотятся на дичь среди холмов и ловят в море рыбу. Кротуа и Сен-Валери служат пристанищем для тех, кому нравится устье Соммы. Кажется, этот суровый пейзаж — пески и болота — не изменился с доисторических времен. Тысячи перелетных птиц делают здесь остановку, вызывая тем самым стычки между любителями охоты «из шалаша» и защитниками природы. Последние добились создания орнитологического заповедника Сен-Кантен-ан-Турмон.

На севере, между Каншем и мысом Альпрек, между соснами и дюнами в Сент-Сесиль, Экиан-Пляж, Ардело, там, где возвышаются скалы Булоне, местные жители устраивают воскресные пикники, но в этих местах еще не знают настоящего летнего нашествия курортников. Дальше побережье образует две широкие дуги: одна между мысом Альпрек и мысом Гри-Не, другая между мысом Гри-Не и Блан-Не — здесь в тенистой зелени прячутся маленькие курорты, где отдыхающие, которые приезжают сюда целыми семьями, любят бродить среди скал, собирая крабов и мидий.

В красивой местности расположен городок Ле-Портель, в нем еще живы обычаи рыбацкого поселка. Рядом находится Булонь-сюр-Мер, главный рыболовецкий порт Франции.

Фото: Булонь. Рыболовецкий порт

Здесь, несмотря на опустошительные войны, сохранился в верхнем городе замок XIII века. В нескольких километрах отсюда находился лагерь Наполеона, где он в 1804 году собирал войска для штурма Англии. Колонна посреди парка напоминает об этом. Однако город Булонь-сюр-Мер сам по себе мало интересует туристов, для которых (это в первую очередь касается англичан) он является лишь морским вокзалом, воротами для въезда во Францию.

С пятидесятиметровой высоты мыса Гри-Не можно наблюдать за тем, как корабли пересекают Па-де-Кале. От Гри-Не до Блан-Не, поднявшегося на сто тридцать четыре метра над уровнем моря, тянется тринадцатикилометровый пляж с мелким песком. Среди прочих курортов здесь есть местечко Висан, называвшееся в древности Portus ltius; отсюда Цезарь отправился завоевывать Британию.


 

Выгодное географическое положение Пикардии, которая расположена между Фландрией и Англией, ее полусельскохозяйственный, полупромышленный уклад жизни привлекает сюда людей — это один из самых населенных районов во Франции. Число городов и рабочих поселков постоянно растет, здесь настоящее средоточие построек городского типа в сельской местности. На каждом перекрестке шоссе, возле железных дорог, каналов рождался городок. Близ каждого моста, шагавшего через ущелья, возникал большой населенный пункт. Так появились Абвиль, Ла-Фер и Амьен — столица западной Пикардии, где расположены Виме, Понтье и Амьенуа. Амьен, сильно пострадавший во время последней войны, был восстановлен Огюстом Перре, воздвигнувшим здесь башню, которая смогла бы соперничать со шпилем местного собора, будь она при своей высоте столь же величественной.

Чистоте и строгости романского стиля готика противопоставила головокружительные, сложные формы; она стремилась к тому, чтобы внутреннее пространство храма, равно как и внешний его вид, способствовали возвышенному настрою души. Готика впервые появилась на пикардийской земле^ скорее всего в Мориенвале, близ Крепи-ан-Валуа, где она представлена монастырской церковью Божьей матери с великолепной, хотя и несколько тяжеловатой галереей хора. В трех департаментах Пикардии — Эн, Уаза и Сомма — расположены шесть соборов, это самое значительное во Франции собрание готических архитектурных памятников.

Лучший из соборов — Амьенский. Величие и тайна с несказанной глубиной воплощены здесь в камне, скульптурах, витражах (к несчастью, пострадавших во время войны), в великолепной «большой розе». Спинки церковных скамей украшены множеством фигур из библейских сюжетов и из повседневной жизни. Центральный портал украшает знаменитая скульптура «Благой господь», воплощающая в себе все существо и устремления религии, которая, став изощренно-богословской, тем не менее хотела сохранить связь с простыми верующими. На левом портале можно увидеть знаки зодиака и все виды работ пикардийцев на протяжении двенадцати месяцев. Этот превосходный, остроумный, с удивительной точностью выполненный календарь — прекрасная иллюстрация жизни Пикардии XIII века — по праву считается одним из шедевров средневекового искусства.

Неподалеку от Амьена можно осмотреть церкви-крепости Тьераша: Борен, Марли, Эгланкур, Сент-Альжи, Отрэп, Вими, где крестьяне находили себе убежище во время войн; великолепную крепость Куси-ле-Шато и Перон с четырьмя круглыми башнями. В Кюири-ле-Шодард, самой древней французской деревне, нашли строения, относящиеся к IV тысячелетию до нашей эры. Именно в Абвиле, в поднятых со дна Соммы песках Буше де Перт — один из основоположников археологии каменного века — нашел кремневые орудия труда и охоты палеолитического человека.

Сен-Кантен для восточной Пикардии является тем же, чем Амьен — для западной. Это центральный город региона, в котором большая часть населения занимается сельским хозяйством (тут выращивают и поставляют на заводы сахарную свеклу). Есть здесь также и текстильная промышленность. В сгоревшем в 1918 году городе уцелело готическое здание коллегии.

За Сен-Кантеном тянутся высокие холмы Камбрези, а после Амьена идут холмы Артуа, переходящие затем в очень плоскую и ровную местность на севере Пикардии, обширную равнину под названием Черная страна. Люди, плохо знающие эти места, обычно изображают их в мрачных красках. Это обширное пространство между Арденнскими лесами и мысом Гри-Не обезображено и загрязнено промышленными предприятиями, но, тем не менее, оно дышит величием и силой, ведь эта земля состоит не только из шахт, рабочих поселков да пустырей. Тут есть и зеленые долины, скажем, долина Самбр, называемая «северной Нормандией». Высокий Реймский лес простирается до Сент-Аман-лез-0 — курорта, где лечат от ревматизма.

Фото: Каналы Артуа

Спокойная гладь каналов отражает небо, чем-то напоминающее характеры местных жителей, одновременно реалистов и мечтателей, резких и доброжелательных, хвастливых и скромных, скрытных и весьма сердечных, если удалось сломать ледок недоверия при первой встрече. Тем, кого интересуют социальные проблемы, не найти лучшего места для исследований. Напряженная, продолжающаяся днем и ночью работа обширного промышленного комплекса Лилль — Рубэ — Туркуэн, к которому можно сегодня добавить и Дюнкерк, вступает в странное противоречие с роскошью тихих, старинных особняков. В архитектуре, в обычаях, в физическом облике жителей этого очень северного района Артуа старая Фландрия встречается со старой Испанией: испанская оккупация времен «Героической кермессы» оставила глубокие следы.

Фото: Гайаны Дуэ

Традиция торжественно водить по улицам в июле гигантские манекены — гейяны Дуэ, представляющие в основном героев-воинов эпохи конкисты,— напоминает об испанском влиянии. За Артуа боролись французы, бургундцы и испанцы, пока наконец эта область не была захвачена войсками Людовика XIV; с тех пор этому краю часто угрожали, завоевывали его, разрушали, перекраивали, но он все же остался верен своему фольклору и своим традициям.

Лилль, Дуэ, Аррас уже не одно столетие считаются центрами текстильной промышленности. Со времен средневековья до начала нашего века они вносили значительную лепту в европейский товарооборот. Архитектурный облик городов свидетельствует о том, что богатая буржуазия жила здесь не скупясь на расходы. Старинная биржа Лилля, построенная в середине XVII века,— типичный образец немного тяжеловатого, но спокойного и гармоничного местного стиля.

Фото: Лилль Старинное здание биржи

Перестроенная после Т919 года столица Артуа — Аррасс Большой площадью, Малой площадью и улицей Тайери — являет собой единый и строгий ансамбль домов с аркадами и фигурными коньками крыш.